Макет предполагаемого памятника жертвам политических репрессий Восточной Сибири
Книга памяти
Законы
Мартиролог
Новости
Информация
Публикации
Ассоциация жертв политических репрессий Восточной Сибири и г.Иркутска
Ко всем, кто не желает повторения прошлого -
повторения трагедии, политических репрессий "Тридцатых"

По решению членов правления и активистов Ассоциации жертв политических репрессий Восточной Сибири и города Иркутска, от имени редколлегии "Книги Памяти жертв политических репрессий Иркутской области", от имени жертв политических репрессий, объединенных Ассоциацией Восточной Сибири и города Иркутска.

ОТКРЫТОЕ ОБРАЩЕНИЕ

Принято членами правления, активом и редколлегией
Ассоциации жертв политических репрессий Восточной Сибири и г. Иркутска.

Десятый год вокруг святого дела - издания Книги Памяти жертв политических репрессий Иркутской области - ложь, подлог, фальсификация, борьба за деньги, вначале за обещанные, а в данный момент за "живые". Защищая интересы жертв политических репрессий, на пути желающих (работников КГБ) заполучить деньги встала Ассоциация жертв политических репрессий Восточной Сибири. Как ни прискорбно, но основными организаторами борьбы с жертвами политических репрессий, объединенных Ассоциацией, являются подполковник КГБ Владимиров Н.В. (не удивлюсь, если он действует по разработанному руководством КГБ Иркутской области плану), председатели комиссии по восстановлению прав реабилитированных жертв политических репрессий администрации Иркутской области, заместитель главы администрации Кустов Ю.Н., а затем, его преемник - Матиенко В.А.

1989 год явился началом разговоров о необходимости создания Книги Памяти жертв политических репрессий нашей области. Сразу же судьбу Книги Памяти в свои "руки" взяли сопредседатель Иркутского общества "Мемориал" Александров А.Л. в содружестве с КГБ.
1990 г. 28 декабря газета "Восточно-Сибирская правда" опубликовала заявление Александрова А.Л. "Мы создаем банк данных обо всех репрессированных. Огромную работу в этом отношении ведут группа поиска и архивный отдел УКГБ. Мы делаем одно дело. Одним из итогов этой работы станет издание книги "Памяти"".
Фактически это была ложь. Выдача желаемого за действительность. Но ведущая роль содружества одно делателей - Александрова А.Л. и КГБ определит трагедию создания Книги Памяти сроком почти в десять лет, закончившуюся "уничтожением" Книги Памяти жертв политических репрессий, созданной ассоциацией жертв.
Наступил 1993 год. О Книге Памяти забыли. Общество "Мемориал" прекратило свою деятельность. Один сопредседатель Александров А.Л. создавал видимость деятельности "Мемориала".
1993 г. декабрь. По заданию съезда международной Ассоциации жертв политических репрессий мною создается Ассоциация жертв политических репрессий Восточной Сибири и города Иркутска.
1994-1995 г.г. Редколлегией и рабочей группой Ассоциации создается Книга Памяти жертв политических репрессий Иркутской области.
5 апреля 1995 года постановлением губернатора образовывается областная комиссия по восстановлению прав реабилитированных жертв политических репрессий. Александров А.Л., подделав рекомендацию от имени Совета общества "Мемориал", становится членом областной комиссии. От КГБ в нее вошел подполковник Владимиров Н.В. От жертв политических репрессий - я.
1995 г. с декабря. Газета "Земля" публикует "Книгу Памяти" (ее мартиролог и часть воспоминаний жертв репрессий), на что областная комиссия вынуждена была отреагировать.
1995 г. декабрь. Заседание комиссии по восстановлению прав реабилитированных жертв политических репрессий Иркутской области. Я докладываю о созданной Ассоциацией Книге Памяти. Речь заходит о выделении денег.
Реальная возможность заполучить деньги пробудила "одно делателей" (Александрова А.Л. и представителя КГБ). С этого момента они развили активную деятельность, но не по созданию Книги, а по добыче обещанных на Книгу денег.
По принципу "для достижения цели все средства хороши" "едино делатели" не гнушаются ничем: в декабре 1995 г. ими при областной комиссии организуется ложная редколлегия, состоящая из Александрова А.Л., Владимирова Н.В. (КГБ) и представителя МВД. Работать в этой "редколлегии" я отказался и вместо меня был введен заместитель председателя областной комиссии Карасов В.И. Вся их деятельность свелась, единственно, к обращению в управление КГБ "помочь" составить списки для Книги Памяти (КГБ "обратилось" к КГБ). Владимировым Н.В. и работниками его отдела (архива КГБ) на оплату своей работы составляется "потолочная" смета. Само собой разумеется, не обижая себя, деньги за свою работу они запросили "бешеные". Пользуясь случаем, они решили за счет денег из социальной защиты, предлагаемых на Книгу Памяти, обустроить архив КГБ компьютерной и множительной техникой. А заодно и архив дел НКВД привести в порядок. То есть произвести ревизию архива и составить его каталог. На одном из заседаний областной комиссии Владимиров Н.В. цинично заявил: "Это будет только на дискетах, :а публиковать будут:В ПЕРВУЮ ОЧЕРЕДЬ КАТАЛОГ АРХИВА, НА ЧТО НЕОБХОДИМО ДВА ГОДА". Затем Владимиров Н.В. через прессу объявляет, что работы, проделанные Ассоциацией, являются работами его архива.
С разоблачением фальсификации деятельности Владимирова Н.В. через прессу выступила Ассоциация жертв политических репрессий Восточной Сибири.
"Чем дальше в лес, тем больше дров". По прежнему не приступая к работе, составы редколлегий при администрации меняется один за другим. Естественно, в них отсутствует тот, кто работает, продолжая создавать Книгу памяти, уже второй том. Правда его с сотоварищами тоже не забывают - при любом удобном случае компромат на него сыплется, как из рога изобилия. Идет неприкрытая травля актива Ассоциации. Всего не описать.
Шокирует противоборство с жертвами репрессий областной комиссии и ФСБ.

Как пример приведу последние наши "ХОЖДЕНИЯ ПО МУКАМ".
Для противоборства с редколлегией Ассоциации жертв политических репрессий Восточной Сибири и "уничтожения", в случае ее неподчинения, ею созданного первого тома Книги Памяти жертв политических репрессий, а, главное, для защиты интересов КГБ (выделение им денег) в ущерб интересов Ассоциации в феврале 1998 г. распоряжением губернатора при Комиссии по восстановлению прав реабилитированных жертв политических репрессий Иркутской области создается редколлегия по созданию второй подобной Книги Памяти.
Уже первые заседания редколлегии областной администрации дали свои "результаты":

Заседание первое (7.04.98г.) - (по предложению старшего помощника прокурора Иркутской области Грачева Ю.Н.) "Не издавать первый том Книги Памяти, созданный жертвами политических репрессий. ("Перекрыть кислород").

Заседание второе (11.06.98г.) - (по его же предложению): "Начать работу над Книгой Памяти без Ассоциации жертв политических репрессий Восточной Сибири" (т.е. без жертв политических репрессий).

Заседание третье (6.07.98г.) - (в кабинете старшего помощника прокурора Иркутской области Грачева Ю.Н.): - (по предложению подполковника ФСБ Владимирова Н.В.) деньги, мною просимые в течение пяти лет, отпущенные по распоряжению губернатора ":для подготовки и издания первого тома Книги Памяти жертв политических репрессий", "под прикрытием" подготовки ИХ Книги, решено передать органам ФСБ (преемникам НКВД, КГБ) для "ревизии архива" и создания каталога "ДЕЛ", хранящихся в архиве ФСБ, с последующим использованием его, как мартиролога Книги.

Книга Памяти жертв политических репрессий Иркутской области, созданная областной Ассоциацией жертв политических репрессий более двух лет назад, была дважды издана: публиковалась газетой "Земля" тиражом от 1 до 3-х тысяч, около года назад, редколлегией Ассоциации, полностью оформленная в книгу, тиражом в 1 экземпляр. Отмечена она высокой оценкой жертв политических репрессий, областными общественными правозащитниками, выдающимися гражданами нашей области, рядом общественных организаций, учеными, историками. На сегодня доработанное и дополненное, редколлегией Ассоциации жертв политических репрессий, рабочей группой ассоциации, готовится третье издание тиражом в 3 экземпляра (в деньгах администрация нам отказывает).
Хотелось бы обратить внимание, что наша Книга - Книга Памяти ЖЕРТВ, а не памяти прокурора, НКВД Иркутской области или Новейшей истории. У каждого в памяти свое и у каждого свои цели и взгляды на создание Книги Памяти.
После десятков обращений непосредственно к губернаторам (прежнему и новому), к их заместителям, через прессу, радио и телевидение с предложением оказать (законом определенную) денежную поддержку для осуществления уставной деятельности Ассоциации - созданию Книги Памяти, в сентябре 1997 года по заданию губернатора Говорина Б.А. ко мне домой явился А.А. Топорищев. Мне было предложено за солидную сумму (как за труд) отдать Книгу Памяти администрации области. С условием, что она будет объявлена результатом труда редколлегии администрации области с составителем и редактором из "свадебных генералов". На одном из заседаний лжередколлегии Комиссии по восстановлению прав даже заготовили для еще не приобретенной ими Книги вступление с "выпячиванием" в историю губернатора Говорина Б.А.
Ассоциация вновь взбунтовалась и отказала в Книге Памяти. Встала необходимость в ее усмирении.
9 февраля 1998 г. в полуторачасовой личной беседе с губернатором Иркутской области Говориным Борисом Александровичем было достигнуто общее согласие сторон по следующим вопросам:
  1. Издать Книгу Памяти жертв политических репрессий Иркутской области, созданную областной Ассоциацией жертв политических репрессий в том виде, в каком она была показана губернатору, устранив незначительные "шероховатости", опечатки и описки.
  2. Срок издания 6 месяцев (до 9 августа 1998 г.)
  3. Для издания Книги памяти жертв политических репрессий выделить 96,8 тысяч рублей.
  4. Деньги перечислить на расчетный счет Ассоциации жертв политических репрессий Восточной Сибири.
  5. Ассоциация издает Книгу Памяти под контролем редколлегии и правления Ассоциации, без всякого вмешательства и надзора, особенно со стороны представителей репрессивных органов - прокуратуры и ФСБ с их единомышленниками.
  6. Для продолжения создания последующих томов Книги Памяти жертв политических репрессий утвердить при комиссии администрации редакционную коллегию (седьмую по счету).
  7. Так как у Ассоциации имеется большой задел создаваемого второго тома Книги Памяти, просить руководство ФСБ дать разрешение работать в архиве ФСБ членам Ассоциации, как это делается во многих регионах России.
16 февраля 1998г. губернатором было подписано распоряжение на выделение денег на подготовку и издание 1 тома Книги Памяти. Но об Ассоциации, о Книге памяти, ею созданной, о договоренности между мной и губернатором в распоряжении не оказалось ни слова. Зато, попирая интересы жертв репрессий, проявлена трогательная забота к интересам ФСБ - им обещаны хорошие деньги для "ревизии" архива и составления его каталога. На что ФСБ запросило 2 года. А затем, уже в невообразимом будущем, возможно, будет создаваться Книга неизвестно чьей памяти. Приработок (работу в архиве) которого я добивался несколько лет, отдан не жертвам репрессий - нищим старикам, а пенсионерам НКВД, имеющими приличные пенсии и работу.
Ассоциация жертв опять взбунтовалась. Вновь обращения к губернатору и его подручным. Далее события развернулись так, как будто областная редколлегия была умышленно создана для противоборства с редколлегией Ассоциации жертв политических репрессий, для захвата и присвоения нами созданной Книги Памяти. Для борьбы с памятью жертв политических репрессий.
На заседаниях редколлегии администрации началось очередное "ВЫКРУЧИВАНИЕ РУК".
Из протоколов, выступлений на заседаниях областной редколлегии:
Старший помощник прокурора Иркутской области Грачев Ю.Н. - "предложено ознакомится с 1-ым томом Сафронова Р.П.".
"Был ознакомлен с созданной Сафроновым Р.П. "Книгой Памяти". Работа проведена огромная, но есть недостатки - написана "примитивно", неправильные выражения"
"Предложено подредактировать 1-ый том книги, созданной Ассоциацией жертв политических репрессий, и издать совместный 1-ый том. Указать: составитель редакционная коллегия, научный Совет, авторский коллектив". (По принципу - Книга была ваша, а стала наша, с добавкой - деньги и слава).
(Вновь взбунтовалась Ассоциация и не поддалась ограблению). Тогда последовало:
"Срочно поднять вопрос о выделении финансирования на создание "Книги памяти жертв политических репрессий": Начать подготавливать карточки:" (речь идет о передаче денег, отпущенных на подготовку и издание уже готовой Книги Памяти жертв политических репрессий, имеющейся только у редколлегии Ассоциации).
"Предложить Ассоциации жертв политических репрессий действовать самостоятельно или как члену редакционной коллегии".

РЕШЕНИЯ (редколлегии при областной администрации.)

  1. "Дать экспертизу "Книги Памяти" АЖПР ВС редколлегии, утвержденной губернатором области".
Вновь бунт Ассоциации - "Книга наша и не будет вашей". (Ах так! В таком случае):
  1. "Начать работу над "Книгой памяти" без АЖПР ВС."
  2. "Начать работу в архиве РУ ФСБ с буквы А."
  3. "Владимирову Н.В. вести подбор людей 7-ми человек для работы в архиве (ФСБ)".
  4. "Начать работу в архиве Регионального Управления федеральной службы безопасности по согласованию сроков - даты".
Вот, таким образом, прокурор и подполковник ФСБ расправились и с жертвами и с их Книгой.
И все это происходит под "контролем" назначенного губернатором председателя областной Комиссии по восстановлению прав реабилитированных жертв политических репрессий, заместителя главы администрации Иркутской области Матиенко В.А. Все противники памяти жертв репрессий отлично знают, что 96.8 тысяч отпущены на издание книги, созданной рабочим коллективом и редколлегией жертв репрессий (Ассоциацией), а не для работников ФСБ. Все отлично понимают, что противоборствуя с Ассоциацией, они нарушают целый ряд законов. Но, как видим, "покончив" с жертвами, начинается "дележка" денег, вырванных у жертв репрессий.
Вновь, как 60 лет назад "ДЕЛО", заведенное на крови и пытках наших отцов, "кормившее" палачей, сегодня хотят использовать для "подкормки" их "преемников".
Возможно, что подобное случилось впервые в нашей стране, когда было "запрещено" издание 1-го тома Книги Памяти жертв политических репрессий, созданной общественным объединением областной Ассоциаций жертв политических репрессий Восточной Сибири.
Ассоциации предложено, как тому связанному по рукам и ногам брошенному в пучину водоворота, жить "самостоятельно". То есть в деньгах нам отказали. Причина банально проста: память наша - жертв политических репрессий, изложенная на страницах нашей Книги, не согласуется с памятью прокурора, подполковника с прапорщиком ФСБ и профессора кафедры истории России, введенных в редколлегию администрации по "обязаловке". Случилось это после того, как я отказался предать своих товарищей - членов редколлегии, членов правления и активистов Ассоциации, создававших Книгу Памяти. Отказался быть "ограбленным" редколлегией администрации области.
Этими персонами мне вновь предложено отдать Книгу им - редколлегии администрации. Где после "доработки" она должна будет выпущена, якобы, составленная "редакционной коллегией (администрации), ученым Советом, авторским коллективом". Пообещали не забыть и меня - отметить в книге, что де Сафронов Р.П. принял активное участие в составлении Книги Памяти. И даже что-то мне заплатить в соответствии с их оценкой моего труда. А как же члены Ассоциации, истинные творцы Книги Памяти? Кто им заплатит за нанесенный материальный и моральный ущербы?
Главный криминал ПАМЯТИ ЖЕРТВ, по мнению прокурора, это "написано примитивно - неправильные выражения", по ошибке попадаются не реабилитированные.
По их мнению жертвам политических репрессий запрещено думать своими мозгами и излагать продукт своей памяти в своей Книге без "надзора" прокурора, подполковника с прапорщиком КГБ, и историка.
Похоже, этих господ так и тянет к порядкам не столь далекого, но уже прошлого.
А самое главное, наши противники оказались не в состоянии понять, что из себя представляет 1-ый том Книги Памяти жертв политических репрессий Иркутской области.
Книга Памяти жертв политических репрессий Иркутской области (советский период) - это память и труд сотен жертв политических репрессий (в основном конца двадцатых-тридцатых годов), изложенная на страницах Книги, созданной самими жертвами.
Жертвы политических репрессий - люди, привлекавшиеся органами Государственной Безопасности по политическим мотивам ("враги народа"), и их родные и близкие. Я, как составитель и редактор ее, потратил не один десяток лет на подготовку материалов, используемых сегодня мною для ее создания.
Главная цель и задачи - это читабельность простым рядовым человеком, а не "дубина" для избиения политических противников
Книга Памяти - учебник потомкам. Прошлое учит настоящее, каким должно быть будущее.
Книга Памяти - воспитатель сохранения лучших народных традиций - любви к отцу и матери, уважения старшего поколения, увековечивания и сохранения памяти о них, воспитатель добра, отзывчивости, человеколюбия и нетерпение зла. Память родных пепелищ и погостов при них. Ненависть к убийцам и предателям.
Книга Памяти - сборник истинных исторических документов.
В нее вошли, на наш взгляд, наиболее интересные законодательные и нормативные акты о политических репрессиях с момента начала Великой Октябрьской революции.
Законодательные и нормативные акты реабилитации жертв политических репрессий, в основном, советского периода (с 1953г.)
Извлечения из стенограмм съездов, заседаний суда.
Фотографии.
Воспоминания жертв политических репрессий и свидетелей.
Статьи средств массовой информации.
Выдержки из книг.
Памятники жертвам политических репрессий, созданные советской администрацией области (фотографии).
Памятники жертвам политических репрессий, созданные членами Ассоциации жертв политических репрессий Восточной Сибири и г. Иркутска (фотографии).
Книга Памяти - мартиролог, который является основой Книги - "ХРЕБТОМ", выполненный копированием документа "Дела" - "АНКЕТА АРЕСТОВАННОГО". Конец этого документа венчает: "ПРИМЕЧАНИЕ: Анкета заполняется четко и разборчиво со слов арестованного и проверяется по документам". Фактически эта нефальсифицированная страница "Дела" одна из немногих.
Первый том Книги Памяти содержит 3300 копий "Анкет арестованного". 3300 реальных исторических документов, не подлежащих сомнению и "доработке". А прокурорами они неоднократно, "ДОРАБОТАНЫ И ЗАВИЗИРОВАНЫ" еще 60 лет назад.
Книга Памяти - полуфабрикат документальных научных трудов.
Книга Памяти жертв политических репрессий Восточной Сибири - истинная история противоборства "нового со старым", история становления Советской власти - власти рабочих и крестьян, власти истинной демократии, что подтверждает 3300 "Анкет арестованного" своими графами:
  1. Профессия и специальность: землепашец, рабочий
  2. Место службы и должность или род занятий: председатель колхоза, бухгалтер, директор завода и т.д.
  3. Образование (общее и специальное): безграмотный, самоучка, начальное.
  4. Партийность: беспартийный.
Книга документально доказывает, что безвинные массовые убийства, вина не белых или красных, коммунистов или антикоммунистов. А в основном, вина организованных палачей - убийц, в подавляющем своем большинстве состоящих из простолюдинов, не имеющих ни какого отношения, ни к власти, ни к партиям (сосед на соседа, брат на брата, русский на немца, христианин на католика).
ИЗ 330 СТРАНИЦ ПЕРВОГО ТОМА КНИГИ ПАМЯТИ 325 СТРАНИЦ ЗАПОЛНЕНЫ ДОКУМЕНТАМИ и только 5 страниц - составителем.
СЛЕДОВАТЕЛЬНО, О ПРЕДЛАГАЕМОЙ "ДОРАБОТКЕ" НЕ МОЖЕТ БЫТЬ И РЕЧИ.
А О НАДЗОРЕ СО СТОРОНЫ ПРОКУРОРА, ПОДПОЛКОВНИКА И ПРАПОРЩИКА ФСБ С "НОВЕЙШЕЙ ИСТОРИЕЙ" - ТЕМ БОЛЕЕ.
Не случайно в защиту нашей Книги Памяти, за ее издание, без всяких проволочек, выступила "ОБЩЕСТВЕННАЯ РЕДАКЦИОННАЯ КОЛЛЕГИЯ" С РАССТАНОВКОЙ СИЛ "ЗА" И "ПРОТИВ":
Губернатор Б.А. Говорин - ЗА
Его предшественник губернатор Ю.А. Ножиков - ЗА
Председатель Законодательного Собрания Иркутской области, член Совета Федерального Собрания Российской Федерации И.З. Зелент - ЗА
Президент Международной, Федеративной РАЖР Нумеров Н.В. - ЗА
Жертвы политических репрессий области - ЗА
9 почетных граждан города Иркутска, из них
1 академик, два профессора, заслуженные учителя, артист, художник - ЗА
Редколлегия Ассоциации - ЗА
Правление Ассоциации - ЗА
Активисты Ассоциации - ЗА
Сопредседатели реанимированного общества "Мемориал" г. Иркутска - ЗА
3 профессора двух кафедр истории ИГУ - ЗА
Профессор - историк педагогического ГУ - ЗА
Профессор зав кафедрой "уголовное право" - ЗА
Две правозащитных общественные организации - ЗА
Ряд юристов - ЗА
Этот список можно продолжать и дальше...

Теперь рассмотрим расстановку сил редколлегии администрации (8 членов):
Председатель редколлегии Агалаков В.Т. (теперь уже, прошлый, от председательства он отказался), что подтверждает замечательная рецензия, подписанная тремя профессорами, в числе, которых и его подпись - ЗА
Писатель Сергеев Дмитрий - ЗА (Подтверждается его подписью во "Мнение почетных граждан города Иркутска").
Представитель радио Комин В.В. и член редколлегии Ассоциации - ЗА
Я - Сафронов Р.П., составитель и редактор Книги Памяти, председатель Ассоциации - ЗА
ПРОТИВ Старший помощник ПРОКУРОРА Иркутской области прокурор Грачев Ю.Н.
ПРОТИВ ПОДПОЛКОВНИК КГБ Владимиров Н.В.
ПРОТИВ ПРАПОРЩИК КГБ Давыдова Т.И.
ПРОТИВ Профессор кафедры ИСТОРИИ РОССИИ ИГУ Боханов П.П.

Резко бросается в глаза, что противниками издания Книги Памяти жертв политических репрессий, созданной Ассоциацией, являются три представителя "репрессивных" органов и примкнувший к ним историк (Новейшей истории).
И к великому огорчению, они осознанно попирают ряд законов, запрещающих подобную "вольность".
"Начать работу над "Книгой Памяти" без АЖПР ВС." (без памяти жертв).
Это ж надо додуматься! Судя по данному факту, оказывается, что истинными жертвами политических репрессий в Иркутской области являются не "враги народа" с их родными и близкими, а прокурор, и "НКВДшники". А что? Это было бы здорово почитать книгу "ИХ ПАМЯТИ", как славно "они" потрудились в годы политических репрессий.
ФАКТЫ - ВЕЩЬ УПРЯМАЯ. Они кричат и требуют торжества справедливости без всяких оговорок. Остается единственно правильный выход - деньги на расчетный счет Ассоциации, и дать нам возможность самим довести все до конца. Мы не жулики и не тупицы, каковыми нас считают наши противники, и не доверять нам - грех. Мы это право заслужили и доказали на деле.
Да, кому-то нами созданная Книга придется не по душе. Так это закономерное явление. У всякой книги есть противники и есть друзья. У нашей же Книги Памяти жертв политических репрессий, созданной самими жертвами, противников только четыре против бессчетного количества наших сторонников.
Десять лет ожиданий, обмана, нечистоплотности, унижений и оскорблений.
Мы отлично понимаем, что наши противники не остановятся не перед чем. Ради денег и желания "прославиться" они пойдут на все
И все же, мы будем продолжать борьбу за свою Книгу Памяти.
Публикуемый здесь материал в основном взят из обращений к губернатору области Б.А. Говорину, к председателю Комиссии по восстановлению прав реабилитированных жертв политических репрессий заместителю Главы администрации В.А. Матиенко.
Последнее обращение к ним было направлено мною около месяца назад и вот получены ответы:
15.07.98 г. за ¦ 9/1 - 104. От начальника Управления ФСБ РУ по Иркутской области В.Ф. Шестак (на просьбу, допустить в архив, рабочую группу создателей Книги Ассоциации.):
"Все организационные вопросы, связанные с изданием "Книги Памяти", Вам необходимо решать с председателем редакционной коллегии т. Бохановым П.П.
Начальник Управления В.Ф. Шестак".
17.08.98 г. ¦ 4 - 37Б. От заместителя главы администрации председателя областной комиссии по восстановлению прав реабилитированных жертв политически репрессий В.А. Матиенко:
"Уважаемый Рево Петрович!
На Ваше обращение к губернатору Иркутской области, по вопросу издания "Книги памяти" сообщаю, что деньги на издание первого тома перечислены на расчетный счет управления социальной защиты населения администрации Иркутской области.
В настоящее время ведется работа по подготовке и изданию первого тома, согласно распоряжения губернатора от 16.02.98 г. ¦ 97-р в соответствии с утвержденной сметой расходов,
В.А. Матиенко".
И вновь "неточность". Деньги отпущены на издание первого тома Книги в этом году, а каталог архива КГБ будет готов через два года (и то если он будет).
О мнении прокурора, уже говорилось.

Вот так, унижая честь и достоинство, попирая законы, защищающие интересы жертв политических репрессий, интересы общественных объединений, "репрессирована" Книга Памяти жертв. Областная Комиссия по восстановлению прав реабилитированных жертв политических репрессий защищает интересы не жертв, а органа, в прошлом виновного в убийстве их отцов и матерей.

60 - 70 лет отделяют от страшной трагедии - репрессий "тридцатых".
7 лет, как уничтожена КПСС.
5 лет, как уничтожена советская власть.
46 лет, как восстанавливаются права жертв политических репрессий.
60 лет, как упразднены знаменитые "тройки" (организованы "тройки" в мае 1935г.).

А СОСТОЯЛА "ТРОЙКА" из:
прокурора,
руководителя НКВД,
руководителя высшей местной власти.

Минуло 60 лет, а аналог "тройки" жив и дела, творимые им, на примере с нами, мало чем отличаются от репрессий в прошлом.

Основной формой "труда" старых репрессивных органов была фальсификация.
Формой представителей "новых" репрессивных органов::
Попробуйте определить сами!
Последнее "дело", предложенное на последнем заседании редколлегии администрации 6.07.98 г. прокурором: "форма карточки документа по спискам репрессированных" (Образец вопросника микроавтобиографии арестованного.) Авт.
Источником данных каталога архива, по которому предложено создавать Книгу новообразованной редколлегии, будет в основе что и у нас - "АНКЕТА АРЕСТОВАННОГО" НО!
Из "АНКЕТЫ АРЕСТОВАННОГО" выбрасываются:
1. Профессия и специальность:
2. Образование (общее и специальное):
Выражение "осужден", заменено на "репрессирован".
У нас в анкете имеется графа "характер преступления", у прокурора - нет.
У нас имеется графа "дата, причина и место смерти", что больше всего интересует родственников. У прокурора нет.
Не реабилитированному присутствие в Книге Памяти прокурором запрещено.
Память же жертв политических репрессий хранит массу случаев, когда семьи и близкие родственники не реабилитированных, превращенные в безвинные жертвы политических репрессий, ограбленные, выбрасывались из жилищ, выгнанные с работы или из учебного заведения ссылались на спецпоселение или направлялись в концлагеря. Кроме того, враги Советов, как борцы с "коммунистическим режимом", сегодня становятся друзьями настоящей власти. По этим причинам и ряду других в нашей Книге Памяти жертв допускается присутствие не реабилитированных,
В последнем протоколе заседания редколлегии Администрации имеется предложение: "ЧЕРНИГОВСКИЙ Н.И. (ФСБ) - Предложить провести инструктаж Грачеву Ю.Н. (прокурору) на 16.07.98 г. по оформлению заполнения карточек с юридической точки зрения".
Дело в том, что юридические точки зрения, бытовавшая 60 лет назад и сегодня в корне не совпадают - 60 лет назад "враг народа", а сегодня - друг. Тогда "осужден" - сегодня - "репрессирован". Подобное неизбежно приведет к фальсификации исторических ценностей и документов.
Точка зрения редколлегии Ассоциации, - "никаких изменений, никаких искажений", максимальное копирование данных, написанных более полувека назад.
Книга, составленная по варианту прокурора, мягко говоря, вызывает сомнение в ее исторической и научной ценности. И очень досадно, что с подобными измышлениями согласились два профессора истории ИГУ.

      Председатель Ассоциации жертв политических репрессий Восточной Сибири и г. Иркутска,
      член совета Иркутского областного общества "Мемориал",
      член областной комиссии по восстановлению прав реабилитированных жертв политических репрессий,
      член аналогичной комиссии города Иркутска,
      общественный директор "Зоны Скорби", площадью 171.3 га,
      создатель проекта и памятника жертвам политических репрессий - "Стены скорби",
      составитель и редактор 1-го тома Книги Памяти жертв политических репрессий Иркутской области.

      Р.П. Сафронов

ПОСЛЕСЛОВИЕ

Сегодня 26 августа 1998 г. заседала редколлегия администрации "ТРОЙКА" НАД ЖЕРТВАМИ ОДЕРЖАЛА "ПОБЕДУ", с той лишь разницей, что администрация заставила свою редколлегию любой ценой за оставшиеся 4 месяца освоить "живые деньги" создать, подготовить и издать Книгу любого качества (чьей памяти еще не определились).
Уже известно, что, ради урвать, Книга будет в худшем варианте
Завтра 27 августа 1998 г. будет заседание областной Комиссии по восстановлению прав, на котором запланировано утверждения решения сегодняшней редколлегии.
27 августа 1998 г под председательством В.А. Матиенко состоялось областное заседание Комиссии по восстановлению прав реабилитированных жертв политических репрессий.
Комиссия защитила не жертв репрессий с их Книгой, а работников органа-"палача" наших родных и близких.

ВОТ ТАК, В СПЕШКЕ, ССЫЛАЯСЬ НА ГУБЕРНАТОРА ГОВОРИНА Б.А., ВЫБРАСЫВАЮТСЯ НЕВЕСТЬ НА ЧТО ДЕНЬГИ, ЛИШЬ ДЛЯ ТОГО, ЧТОБЫ "УНИЧТОЖИТЬ" КНИГУ ПАМЯТИ, СОЗДАННУЮ АССОЦИАЦИЕЙ, ЧТОБЫ УНИЗИТЬ ЧЕСТЬ И ДОСТОИНСТВО СТАРИКОВ - ЖЕРТВ ПОЛИТИЧЕСКИХ РЕПРЕССИЙ. Такова наша демократия, свобода слова и печати. Так Комиссия по восстановлению прав реабилитированных жертв политических репрессий Иркутской области восстанавливает (в кавычках) права тысяч стариков - жертв политических репрессий.


Last updated:26.12.1998 13:45